Вячеслав Маркин

Тающие острова (Новосибирский архипелаг)

Москва "Вече" 2002 г.
Оцифровка и корректура: И.В.Капустин

Из всех арктических архипелагов ближе всего к материку подходят Новосибирские острова, вернее - одна из трех групп, на которые архипелаг разделяют. От острова Большого Ляховского, образующего с Малым Ляховским группу Ляховских островов, до мыса Святой Нос на материке - не больше пятидесяти километров. В то же время от собственно Новосибирских (или Анжу) островов, состоящих из островов Котельного, Новая Сибирь, Бельковского и Фадцеевского, расстояние вдвое больше. К северо-западу от них расположены острова Де Лонга.
Общая площадь Новосибирских островов 38 тыс. кв. км - почти вдвое меньше площади Шпицбергена, но вдвое больше Земли Франца-Иосифа. В отличие от этих двух архипелагов, все острова - низменные, лишенные ледников. Они известны своим ископаемым льдом, толща которого лишь присыпана сверху рыхлыми отложениями. Лед тает, и остров постепенно снижается, погружаясь в воды моря, и на его месте остается мелководье. Некоторые из земель, которые открывали в XVI-XVII веках, возможно, представляли собой именно такие острова - из льда, исчезнувшие со временем без следа.
Первое упоминание об островах, расположенных к северо-востоку от устья Лены и прямо на север от устья Яны, относится к 1650 году, когда из Якутска был отправлен служивый человек Юрий Селиверстов с наказом "иттить морем и на остров и кость промышлять". Но купец на острова не поехал, потому что был ограблен в устье Яны. Изменив свой план, он отправился в устье Колымы.
Видно, некоторые из островов известны были русским промышленникам давно, ведь располагаются они очень близко к материку, и в хорошую погоду можно видеть и остров Столбовой, и Большой Ляховский. Михаиле Стадухин сообщал о том, что видел остров на севере. Было это в 1644 году.
В 1652 году искать остров к северу от устья Яны отправился Иван Реб-ров, но дошел он или нет, осталось неизвестным. Однако есть сведения о том, что в 60-х годах на островах промышлял якут Етерикан, привезший много бивней мамонта. Пятьдесят лет спустя, в самом начале XVIII века, об острове Большой Ляховской сообщил казак Яков Пермяков, плывший с Лены на Колыму мимо Святого Носа. Он достиг острова и объехал на собачьей упряжке кругом, - факт этот достоверно зафиксировал казак Меркурий Вагин. С ним был и Яков Пермяков. Десять человек покинули устье Яны в мае 1712 года и по морскому льду дошли до острова, ближайшего к материку. Видели они и Малый Ляховский.
С твердым намерением на будущий год снова проехать к островам Вагин вернулся на материк. Но казаки его отряда, решив, что им предстоят лишения и беды, взбунтовались. Они убили Вагина, его сына и Пермякова. Убийц разоблачили и казнили в Якутске.
Мамонтова кость (бивни) - вот чем привлекали острова к северу от Святого Носа. И весной 1770 года якутский купец Иван Ляхов решил по-настоящему разведать "месторождение". Он побывал и на Большом и на Малом Ляховском островах, а потом попросил монопольного права на сбор мамонтовой кости и охоту на песцов. Екатерина II приняла специальный указ, разрешающий все это Ивану Ляхову. А кроме того, она постановила: два острова, им посещенных, именовать впредь Ляховскими.
А Ляхов продолжил открытия. В 1773 году он открыл остров Котельный, назвав его так, потому что на нем был оставлен медный котел. Проведя зиму на Большом Ляховском острове, Иван Ляхов в 1775 году снова идет через пролив Дмитрия Лаптева по льду. На этот раз он взял с собой землемера Хвойнова, который составил опись Большого Ляховского и сообщил, что состоит он из льда и песка.
После смерти Ляхова право промысла на Ляховских островах nepei к отцу и сыну Сыроватским - Семену и Льву. Передовщиком (предвод лем артели) у них был Яков Санников. В 1800 году он побывал на остров Столбовом, где найдены кресты, поставленные русскими мореходами еще в XVII веке. В 1805 году Санников открыл Фаддеевский остров и назвал ег по имени первого на острове зимовщика Фаддеева (или Фаддея). В < ющие два года Сыроватские открыли еще два острова. Один из них назв был М. Геденштромом Новая Сибирь, другой, открытый промышленником Бельковым, - Бельковским.
В череде географических открытий довольно много было курьезов и парадоксов.
Закрытие как будто бы сделанного открытия тоже можно считать крытием. Часто, чтобы установить географическую ошибку, требовалось много времени, усилий, а порой и жертв. Один из наиболее ярких приме-] ров - история с Землей Санникова и другими землями в Арктике, оказав-] шимися мифическими. И нередко при поисках мифических земель открывали вполне реальные. Представления об огромной суше в районе Север-] ного полюса существовали в глубокой древности. Эту землю рисовали на всех картах средневековья. И когда достаточно точно был определен кон-j тур западного побережья двух островов Новой Земли, а восточный долго5! был неизвестен, сушу с названием "Новая Земля" распространяли далеко! на север и восток. Землепроходец Михаил Стадухин впервые высказал мысль, | что она должна бы соединяться с Америкой.
В начале XX века к северу от устья Колымы на небольшой архипелаг! Медвежьи острова совершал поездки на собачьей упряжке сержант Степан Андреев. Однажды, вернувшись из поездки, рассказал, что видел на гори-| зонте в северо-восточном направлении гористую сушу. На карту нанесли! контур этой земли и потом на протяжении многих лет ее пытались обнаружить, пока, уже в XX веке, не убедились, что этой земли нет.
Более трагичная история связана с другой, столь же гипотетичной зем-1 лей, названной именем впервые ее увидевшего представителя колымских купцов Сыроватских "передовщика" Якова Санникова.
Зимой 1808-1810 годов он вместе с приехавшим на Новосибирск острова для проведения описи берегов М. Геденштромом, безуспешно пытавшийся найти Землю Андреева, видел с северного берега острова Котельного гористую землю. Она попала на карту как "Земля, виденная Сан-никовым".
В 1820 году молодой офицер П.Ф. Анжу, составивший первую кар Новосибирских островов на основе инструментальной съемки, пыталс достичь этой земли на собачьей упряжке, но ничего не нашел.
На рубеже XIX и XX веков Землю Санникова искала специально снаряженная для этой цели экспедиция Российской Академии наук во главе с полярным геологом Эдуардом Толлем. Работая на Новосибирских островах, он с того же места, что и Санников 76 лет назад, увидел землю: "...контуры четырех столовых гор, которые к востоку соединялись между собой понижением".
В 1900 году Э. Толль отправился в Северный Ледовитый океан на шхуне "Заря". Первую зиму 20-го столетия экспедиция провела в Таймырской бухте Колин Арчер.
Пока "Заря" стояла вмерзшей в лед, Эдуард Толль картировал большой участок территории Таймыра и весь архипелаг Норденшельда. Он очень удачно, вовремя вернулся на судно из последнего маршрута по берегу: на другой день поднялся сильный восточный ветер, и все ледяное поле, сковавшее "Зарю", пришло в движение, судно вынесло в пролив, а потом и в открытое море.
До мыса Челюскина "Заря" шла под парусами по чистой воде. На северной оконечности материка Евразии научная группа "Зари" высадилась на берег и провела астрономические магнитные исследования. От этой примечательной точки взят курс на предполагаемую Землю Санникова.
Несколько дней туман закрывал горизонт, но утром 11 сентября он рассеялся, однако несмотря на то, что глубины моря были очень малыми, а с севера на юг летели стаи пуночек, никакой суши не было видно. Мимо проплыло стадо моржей, и это вроде бы был признак близости земли. Но особенно обрадовал Толля айсберг, который "Заря" миновала ночью - должен же быть ледник, от которого оторвалась ледяная гора.
И вот в самом деле из тумана вынырнули высокие скалы, покрытые ледниковым куполом. Но, к сожалению, это не та земля, которую мечтал открыть Толль. В геометрически правильных формах грандиозного, похожего на сказочный храм природного сооружения он узнал мыс Эмма на острове Беннета, открытом Джорджем де Лонгом 20 лет назад. Если уж оставаться на вторую зимовку, то у его берегов - представилась возможность исследовать остров со всех сторон.
А зима уже близка. Ее предвестник - первое после лета полярное сияние. Пояс мощного, многолетнего льда мешал подойти к острову. А в бункерах яхты уже почти не было угля, на парусах же во льдах, когда нужно все время лавировать, находя проход, двигаться почти невозможно.
Толль решил, однако, возвратиться для зимовки к острову Котельному. Его северный берег был хорошо виден, потом появился и небольшой остров Бельковский. Между ними - пролив, в него и направил Толль судно. Вскоре экспедиция пополнилась отрядом геологов, работавших на Котельном. Во время зимовки исследовались острова Котельный и Новая Сибирь. Один из сотрудников экспедиции - Михаил Бруснев - отправился с собачьей упряжкой на материк, в устье Лены, с почтой. А у другого сотрудника, доктора Вальтера, резко ухудшилось здоровье, и он умер от сердечного приступа в момент, когда брал отсчеты с метеорологическ приборов. Огорченный тяжелой утратой, Толль, не дожидаясь Бруснева o почтой, в 38-градусный мороз уходит на материк...
Возвращается на "Зарю" через три месяца и сразу же начинает готови к походу на остров Беннета: "Мне нужен только один ясный день, - говори он, - чтобы с вершины острова Беннета осмотреть северный горизонт..." увидеть мечту многих лет жизни - таинственную Землю Санникова.
23 мая 1901 года четверо на собачьих упряжках покинули "Зарю" и правились к острову Беннета.
"Теперь я сгораю от нетерпения достигнуть намеченной цели", - зат сывает Толль в дневнике. С собой он берет астронома Ф.П. Зееберга,, каюров, две байдары, двое нарт, запас питания на два месяца. Эта групг исчезла во льдах: их больше не видели.
Позже выяснилось, что с острова Котельного Толль прошел на Фаддеев ский, потом к острову Новая Сибирь и к 1 июля - на остров Беннета Здесь были проведены исследования. А через месяц партия Толля на дарках достигла того самого мыса Эмма, который поразил когда-то всех своей красотой. У этого мыса Толль назначил встречу с "Зарей" в началу сентября. Но судно попало в тяжелые ледовые условия, и ему не удалось, прорваться к острову Беннет. Оставалось совсем мало времени, и кап* "Зари" вскрыл конверт, оставленный Толлем, с надписью: "Открыть в слу-1 чае... возвращения без меня экипажа на материк или в случае моей смер-1 ти". Там содержалось поручение капитану возглавить экспедицию и воз-| вращаться на родину.
"Заря" повернула на юг и прибыла в устье Лены, в поселок Тикси. весной на Новосибирские острова отправилась спасательная экспедш. На вельботе под парусами и на веслах солнечной ночью 17 августа приб зились к южному острову, где два ледника спускались в море. Айсберг плавали под их обрывами, а вокруг летали кайры и чистики.
Сразу же были обнаружены следы группы Толля: небольшой гурий, рядом с ним - медвежья шкура, обугленный плавник, оленьи и кости, пустые патроны. Здесь был лагерь.
На следующий день несколько человек пошли напрямик через ледянс купол на мыс Эмма. На пути нашли следы еще двух стоянок Толля, а самом мысе стоял гурий с байдарочными веслами, воткнутыми сверху, бутылка с тремя записками, написанными в августе и сентябре год : когда группа Толля ожидала на мысе прихода "Зари". На плане остров указано место, где построен зимовочный дом.
Спасатели двинулись по берегу, пересекли два ледника и вышли i хижине, до половины наполненной снегом. Рядом лежали ящики геологическими образцами, приборы. В одном из ящиков - письма Тол* ля на русском и английском языках. В них говорится, что 8 ноября 19021
Э. Толль со спутниками пошли через пролив шириной 150 км к Новосибирским островам. Была полярная ночь, 30-градусный мороз и посреди пролива - никогда не замерзающая полынья, лишь слегка прикрытая тонкой ледяной пленкой.
Никогда уже нельзя будет узнать, почему Толль, опытный полярник, пошел на этот риск. Вероятно, он надеялся, что найдет переход через полынью, ведь как-то ее пересекают олени, блуждая между островами.
Никаких следов пропавшей группы больше не было ни на одном из Новосибирских островов.
Эдуард Толль погиб в 44 года, так и не обнаружив Землю Санникова. Потом в 30-е годы многократно этот район обследовали и с кораблей, и с самолетов. Никакой суши к северу от Новосибирских островов, кроме архипелага де Лонга, не оказалось. Может быть, эти острова и видел Санников? А может быть, был еще один остров, сложенный ископаемым льдом, и он растаял, как тают некоторые из Новосибирских островов, что, кстати, впервые установил именно Толль.