Далее

Ф.Ф.Беллинсгаузен

ДВУКРАТНЫЕ ИЗЫСКАНИЯ В ЮЖНОМ ЛЕДОВИТОМ ОКЕАНЕ
и плавание вокруг света
В ПРОДОЛЖЕНИЕ 1819, 20 и 21 ГОДОВ,
совершенные на шлюпах "Востоке" и "Мирном"
под начальством капитана БЕЛЛИНСГАУЗЕНА командира шлюпа "Восток",
Шлюпом "Мирным" начальствовал лейтенант ЛАЗАРЕВ

Государственное издательство географической литературы. Москва 1949 г.
Оцифровка и корректура: И.В.Капустин

30 июля. В 2 часа пополуночи опять поворотили в NO четверть. В 6 часов, когда довольно рассвело, увидели берег, накануне усмотренный, а скоро после того к востоку - и другой, низменный, лесистый берег. Прошли между сими берегами безопасным проливом шириною в 14 миль. В 10 часов 40 минут утра, находясь восточнее восточной оконечности первого острова, в расстоянии на две третьих мили, я лёг в парал-лель берега, по направлениям оного переменял курс. В полдень мы были в широте 14 55' 27" южной, долготе 148° 03' 09" западной. Северный мыс острова находился тогда от шлюпа прямо на запад в четырёх с по-ловиной милях. Плавание продолжали вдоль изгиба берега в полмиле от оного, до трех часов пополудни. Мы соединили обозрение западного берега с обозрением восточного. Обойдя вокруг острова в самом близком расстоянии, я имел случай хорошо рассмотреть, что берег непрерывный, узкий, коральный; местами растёт лес. К юго-западной стороне узкий вход в лагун, составляющий средину острова. В сем лагуне несколько островков, поросших лесом. Окружность острова 44 мили. Самая большая длина 16, по направлению NO; ширина 10 миль. Широта средины острова найдена 15° 00' 20" южная, долгота 148° 08' западная113.
По карте капитан-лейтенанта Коцебу, данной от Адмиралтейского департамента, должно бы нам увидеть южный берег острова Денса восточнее западной оконечности вышеописанного острова на 18 миль, но оказалось противное; я прошёл проливом шириною в 14 миль, из чего и заключаю: что сей пролив между островами Крузенштерна и Денса. И так остров, который мы вчера видели, и сегодня обошли, я признал за остров Крузенштерна, потому что он назначен в широте 15° 00', сходно с определением нашим, и пролив, которым мы прошли, столько же широк, как назначенный на карте между островами Крузенштерна и Денса.
Капитан-лейтенант Коцебу, описывая первый из сих островов, говорит: "Вскоре достигли мы близлежащей земли, состоявшей также из куппы [группа] небольших, рифами между собою соединённых, коральных островов, коих протяжение в самой большой длине куппы от NNO к SSW составляло 13 миль. Остро-ва сии образовали сомкнутый круг, который легко можно узнать по находящемуся внутри оного озеру, в средине коего есть остров, покрытый густым лесом". В сем описании острова, разность против сделанного нами описания, вероятно, происхо-дит от того, что Коцебу далее нас держался от берега, как на карте видно, и бриг "Рюрик", с которого Коцебу и его сопутники смотрели, ниже шлюпа "Востока",
Я полагаю, что Коцебу вернее мог определить восточную оконечность острова Крузенштерна, ибо находился ближе к оной в полдень, когда производил наблюдения; долгота сей оконечности, им назначенная, на 32' 55" западнее нами определённой.
И так, ежели Коцебу, определяя ход хронометра в заливе Консепцион, нашёл на пути из сего залива некоторые острова и, в 48 дней достигнув острова Крузенштерна, поверил хронометры и увидел, что долгота сего острова западнее истинной на 32', то и все долготы, определён-ные на пути Коцебу, по близости острова Крузенштерна, западнее истинного на 32'. Из сих островов исключаю я острова Румянцева и Спиридова, или Оура, ибо положение их поверено Коцебу марта 9, 1824 года в плавание его на шлюпе "Предприятии". Положение других островов, кото-рые он видел до прибытия к острову Крузенштерна, невозможно при-нять за верное, ибо в описании путешествия на бриге "Рюрике" Коцебу говорит, что сомневается в верности хронометра и что течением был увлечён на 30 миль к западу, и потому исправленные долготы островов, им обретенных и усмотренных в первое его путешествие, будут следующие.
Острова Рюрика, или 1-го Пализера, северо-восточной оконечности широта 15° 11' 45" южная, долгота 146° 00' 15" западная; юго-западной оконечности широта 15° 30' 00", долгота 146° 14' западная; северо-западной оконечности широта 15° 20' 00", долгота 146° 18' 40" западная.
Острова Мух"4 (Vlieghen) так названы Лемером и Шутеном, а на аросмитовой карте островами Оанна и Денс. Сие последнее наименование дано в 1803 году капитаном судна "Маргариты", которому Коцебу придерживался в своём путешествии. Командор Бирон называет сей остров островом приниа Валлийского, а я оный признаю за 4-й Пализер, обретенный капитаном Куком. Восточная оконечность в широте 15° 16'30" южной, долготе 146° 38' западной; юго-западная оконечность в широте 15° 23' 00", долготе 146° 49', западная оконечность в широте 15° 00' 00", долготе 147° 50' западной.
По таковом исправлении долготы островов, которые видел Коцебу, оказывается, что остров Рюрик - тот самый, который обретён капитаном Куком на пути от островов Маркиз [Маркизских островов] к острову Отаити во время второго путешествия вокруг земного шара. Капитан Кук увидел только часть берега, обращённую к SO, и определяет оного длину 15 миль; широта южная, им найденная, 15° 26' сходна с широ-тою сих частей острова Рюрика, долгота по капитану Куку 146° 20' за-падная; острова Рюрика SO части долгота 146° 8'. По всем сим сход-ствам я заключаю, что остров, названный Коцебу по имени начальствуе-мого им брига Рюриком, тот самый, который капитан Кук видел 1774 года апреля 19 поутру и назвал в числе прочих Пализером; я по-читаю сей остров обретением капитана Кука и буду называть оный 1-й Пализер, потому что из четырёх Пализеров усмотрен был прежде других.
Капитан Кук, находясь у южной оконечности 1-го Пализера, видел берег к SSO на ветре. Я признаю сей берег за остров, который я обозревал и сохранил оному название 2-й Пализер. Сей же самый остров на вышеупомянутой карте Аросмита назван Елисавета.
От южной оконечности 1-го Пализера, капитан Кук направил путь к 3-му Пализеру. Остров сей самый тот, который Коиебу с салинга видел на SWtS от южной оконечности, названного им островом Рюрика и признанного мною за 1-й Пэлизер. Я обозрел сей остров с южной стороны, а капитан Кук, обходя вдоль северную сторону и быв уже близ западной оконечности, усмотрел к северу берег 4-го Пализера. Взглянув на карту, принадлежащую к второму путешествию капитана Кука, можно видеть, что им обретён 4-й Пализер, который ныне именами богатее всех прочих островов: Ле-мером и Шутеном назван остров Мух, капитаном судна "Маргариты" остров Денс, командором Бироном остров принца Валлийского, а как долгота, определённая капитаном Куком, вернее, то я сохраняю название 4-го Пализера в память знаменитого мореплавателя, которым сей остров обретён; известно, что обретения прочих, часто по догадкам в кабинетах совершаются.
Лейтенант Коцебу, в 1816 году 23 апреля, в 11 часов утра, усмотрел с салинга вдруг два острова, первый назвал Рюриком, а влеве находящийся принял за Пализер. Остров Рюрик признал я за Пализер, а как тот остров, который Коцебу принял за Пализер, не точно Пализер, но вновь им обретенный, то, дабы сохранить память обретения Коцебу, я называю остров, влеве им усмотренный, остров Рюрика.
В путешествии своём Коцебу говорит: "острова, которые ясно видны были в левой стороне" (вероятно, был только один остров); далее - "исчисленная мною долгота Пализеровых островов разнствовала от куковой только 3-мя минутами" (не сказано к западу или востоку), "а в широте не нашлось ни малейшей разности". Вероятно, Коцебу сравнил долготу и широту, Куком определённую, острова первого Пализера, а не всех, и от сего заключил, что остров Рюрик к востоку от первого Пали-зера, в широте 15° 26' южной, долготе 146° 32' западной.
На карте Аросмита назначены ещё два острова Holts и Philip, которых направление и величина не видны, а долготы и широты несходны с положением коральных островов; быть может, что сии острова те же самые, но по теперь упомянутым причинам я их наименования не принял.
Окончив описание острова Крузенштерна, я лёг к западу, дабы до темноты пройти большее пространство и рассмотреть, нет ли ещё остро-вов по сему направлению; чрез час с салинга сказали, что виден берег на NWtW, я взял курс несколько севернее сего острова; в 6 часов вечера, приближась к NO оконечности, пошёл по северную сторону прямо к западу в параллель берега. В половине 7-го часа, когда уже было темно, мы кончили обозрение острова. Тогда я переменил курс к северу и, отой-дя несколько, убавил парусов.
На сем острове, как и на всех прежде нами усмотренных коральных островах, внутри лагун. Берега с северной стороны выше, нежели на других островах; весь остров покрыт лесом и казался выдавшимся из моря хребтом горы; на таковых вершинах лежит коральный архипелаг, как я уже упоминал. Сей остров отделяем от острова Крузенштерна к западу проливом, шириною в двадцать две мили, в широте 14° 56' 20" южной, долготе 148° 38' 30" западной. Положение имеет WtN и OtS, длина пять с половиной, ширина две мили. Жителей мы не приметили. Я назвал сие обретение наше по имени капитана шлюпа "Мирного" - островом Лазарев^15 и причислил к островам Россиян.
От острова Лазарева мы продолжали путь к северу, восточнее пути капитана Ванкувера, при свежем пассадном*ветре от OtN и OtS; иногда встречали нас порывы с дождём. Ночи были тёмные, звёзды блистали, изредка пробегали облака одни за другими, зыбь была большая от NO; всё подтверждало, что по сему направлению нет близко берега. Для безопасности в ночное время, я приводил к ветру и держался под малыми парусами.
/ августа. Сим путём мы шли до рассвета 1-го августа, тогда в широте 12° 59' 5" южной, долготе 148° 59' западной, не видя с салинга по горизонту, мглою покрытому, признака берега, я переменил курс на NWtN'/aW; ветр был довольно свеж, мы имели ходу по восьми миль в час, До полудня видели несколько летучих рыб, одного баклана и одного фаэтона.
В 5 часов пополудни, находясь в широте 11° 53' южной, долготе 149° 51' западной, склонение компаса определили 6° 49' восточное. В 8 часов вечера, закрепив все паруса, привели к ветру, имея одни марсели, у коих взято было по одному рифу. Таковая предосторожность необходима в сих опасных местах, где можно легко в темноте набежать на низменный и ещё неизвестный коральный остров; курс наш вёл по месту, где никто из известных мореплавателей не простирал пути.
2 августа. С рассветом мы опять взяли курс на NWtW'/2W; я имел намерение, достигнув 10° южной широты, пойти к западу по сей параллели, чтоб решить, существуют ли усмотренные Рогевейном острова Гронинген и Тиенговен, которые Флерье поместил на своей карте в широте южной 10°, долготе 159° и 162° от Парило, или 156° 4' и 159° 40' от Гринвича.
Пассадный ветр дул свежо от О и гнал облака одно за другим, однако так, что они не препятствовали нам делать наблюдения; по всему горизонту была густая мрачность. Большая зыбь шла от ONO.
В 9 часов утра я переменил курс несколько ближе к параллели, дабы подойти к пути Ванкувера, но недолго держаться тем же направлением. В полдень широта нашего места была 10° 53' 46" южная, долгота 150° 46' 25" западная. В 2 часа опять переменил курс и пошёл прямо по параллели на запад.
Сегодня вечер был лунный, и мы не ранее 9-ти часов привели в бейдевинд к северу и убавили парусов.
3 августа. С рассветом, осмотря горизонт, по которому была густая мрачность, продолжали курс на NWtN'/aW. С утра показывались бакланы и фрегаты, час от часу в большем числе. Нас занимал плавный полёт фрегатов, их пролетало множество и они, держась вымпела, осматривали наш шлюп. Большие крылья их казались совершенно недействующими; на груди имели коричневые пятна наподобие сердца. В 9 часов утра я переменил курс к западу, считая себя близ 10° южной широты и полагая,, что мы недалеко от берега, но в которой стороне найти оный оставалось ещё под сомнением, доколе с салинга закричали: впереди, кажется, виден берег.
В самом деле лейтенанты Торсон и Лесков, рассматривая с салинга в зрительные трубы, удостоверились в истине сказанного.
Ещё до полудня мы обошли остров в самом близком расстоянии; он оброс небольшим густым лесом; белые берега его казались коральными, нечувствительно возвышались до самого леса. Самая большая его длина на NWtN несколько побольше полумили, а ширина несколько менее полумили. Я назвал сей остров по имени шлюпа остров Восток.
После наблюдения в полдень, мы определили широту острова Востока 10° 5' 50" южную, долготу 152° 16' 50" западную. Над островом беспрерывно вилось бесчисленное множество фрегатов, бакланов, морских ласточек и ещё особенного рода, неизвестных мне, чёрных морских птиц, величиною не более голубя. Как остров не был ещё известен, то, вероятно, человеческая нога не прикасалась к сему берегу, и ничто не препятствовало птицам здесь гнездиться. По большому буруну около берега, я не посылал набрать птичьих яиц и редкостей. Природа, общая всем мать, бдительно печётся о всех творениях, доставляет сим птицам безопасное место, где они размножаются спокойно, и СРЙ остров предназначен, ка-жется, в особенный удел морским птицам.
По окончании обозрения острова Востока, мы продолжали путь к западу; до самой ночи встречали птиц, которые по мере удаления нашего от острова, показывались реже. Луна сопутствовала нашему плаванию до 8-ми часов вечера, в сие время мы привели к ветру.
4 и 5 августа. Ночью держались на одном месте, а с утра вновь наполнили паруса. Простирая плавание только днём мы не прежде 5-ти часов пополудни следующего дня прошли чрез остров Тиенговен, поме-щенный на карте Аросмита в широте 10° 13' 16" южной, долготе 156° 56" западной по предположению Флерье; никаких признаков берега не приметили, а только изредка встречали фаэтонов и фрегатов, невзирая, что шлюп "Мирный" всегда держался от нас на четыре и шесть миль в сто-рону; таким образом мы вместе обозревали широкую полосу горизонта, но ничего не видели. На случай дальних между шлюпов расстояний, мы учредили между собою сигналы верхними парусами: закреплённый фор-брамсель означал -виден берег влеве; закреплённый грот-брамсель-ви-ден берег вправе.
В продолжение всего дня ветр дул свежий; нередко по обеим сторонам от нас пробегали тучи с ветром и дождём; по горизонту было мрачно.
Сегодня тончили конопачение палубы, где жили служители. Сею работою и многими другими я занимал людей под парусами, дабы по прибытии в Порт-Жаксон иметь меньше дела.
В 7 часов вечера ветр засвежел, мы взяли по два рифа и продолжали путь при лунном свете до 10-ти часов, тогда привели к ветру на правый галс.
6 августа. В 2 часа ночи поворотили по ветру, дабы к рассвету притти к тому месту, до которого в прошедший вечер с салинга можно было видеть. При таковых мерах мы никогда не могли проглядеть берега, ежели бы оный в близости находился.
По рассвете с салинга на горизонте ничего не приметили, и потому я вновь направил путь к западу при пассадном постоянном свежем ветре и большой зыби от NO. К северу не было больших островов, ибо зыбь по сему направлению не преставала в продолжение всего нашего плавания.
Я уже упоминал, что намерен был в тёплом климате заняться уменьшением всех реев; дело сие приведено к окончанию, и все стропы на блоки сделаны вновь, ибо настоящие были слишком просторны. Парусов один комплект к прибытию в Порт-Жаксон также был готов.
В полдень мы находились в широте 10° 8' 23" южной, долготе 158° 18' 35" западной. Склонение компаса было 7° 54' восточное. По полудни ветр стих, мы продолжали тот же путь до 2-го часа ночи, при свете луны.
7 августа. Тогда привели к северу, а с рассветом вновь пошли по параллели. До полудня ничего не заметили, кроме множества летучих рыб.
8 полдень были в широте 10° 5' 9" южной, долготе 160° 39' 19" западной. Склонение компаса найдено 8° 26' восточное. Погода была прекрасная, день ясный; шлюп "Мирный" держал тогда южнее нас на 4 мили. Не найдя островов Тиенговен и Гронинген, я уже потерял надежду видеть берег, тем более, что по сей самой параллели шёл некогда Мендана и также ничего не видал; но с нами не так случилось.
В два с половиной часа пополудни на шлюпе "Мирном" закрепили фор-брамсель, и мы услышали пушечный выстрел, что по условию нашему означало: виден берег влеве; тогда и от нас с салинга усмотрели берег несколько левее нашего пути. Я лёг на SWtW'/sW к южной оконечности видимого острова. Приближаясь к оному, заметили, что принадлежит к коральным островам, густо покрыт кокосовыми деревьями и в середине лагун. На наветренной стороне и в некоторых местах прерывается и образует небольшие острова и пенящуюся сребристую стену от буруна, разбивающегося о коральную мель. Подходя к юж-ной оконечности, мы увидели на взморье множество островитян совер-шенно нагих (кроме обыкновенных повязок, коими все островитяне Великого океана прикрывают средние части тела). Островитяне были вооружены пиками и палицами. Когда мы проходили мимо острова, они бежали по берегу вслед за нами, держась наравне против шлюпа. Обошел южный мыс на SW стороне, мы усмотрели в тени густой коко-совой рощи селение и несколько лодок, вытащенных на берег, покры-тых тщательно листьями, дабы не драло их от солнечного зноя; виде-ли также множество мужчин и женщин, вооружённых пиками. Жен-щины были обвёрнуты тканями или матами, от поясницы до колен. От мыса к SO продолжался риф, как видно было по буруну. Мы подняли кормовые флаги.
Вскоре имели удовольствие увидеть идущие к нам лодки; тогда под защитою острова мы легли в дрейф. Лотом на 90 саженях не до-стали дна; как по сей причине, так равно и потому, что приближалось время, в которое надлежало возвратиться в Порт-Жаксон для приуго-товления шлюпов к плаванию вновь в южных больших широтах, я имел намерение не останавливаться на якорь, а только держаться под парусами для того, чтобы иметь сношение с островитянами; между тем они спешили к нам, но не подошли ближе полукабельтова от шлюпа.
Лодки их были разной величины, с отводами на одну сторону и лучше всех до сего времени нам известных; весьма остры, нос и корма отделаны чисто и притом так, что воды черпнуть не могут; украшены правильно врезанными жемчужными раковинами, что придавало им хо-роший вид; на каждой лодке было от шести до десяти островитян; они похожи на отаигян, волосы у них распущенные, длинные, изгибисто висели по плечам и спине, а у некоторых головы были убраны, как у перуанцев, красными лентами из морского пороста или листьев; на шее и в ушах искусно выделанные жемчужные раковины, сверх сего на шее надето для защиты лица во время сражения забрало, сплетённое из во-локон кокосовой коры круглыми обручиками, наподобие хлыстика, тол-щиною в шестую долю дюйма, в двадцать один ряд, сзади одна треть связана в четырёх местах тонкими плетёнками. Когда сие забрало на шее, оно сжато вместе, а когда приподнято на лице, передняя часть расширяется и покрывает всё лицо; спереди некоторые части украшены искусно выделанными из раковин и черепах четыреугольничками; забра-ло упруго и тем более защищает от ударов; закрываемая часть тела обвязана тканью, или лучше сказать плетёнкою, наподобие той, из ко-торой делают в Европе соломенные шляпы; плетёнка шириною в шесть дюймов и столько длинна, что обходит вокруг всего тела и между нога-ми; некоторые из островитян употребляли для сего зелёные кокосовые ветви, и у иных они надеты на шее. В лодках были пики, булавы и мно-жество кусков кораллов, составляющих приморский их берег. Они все кричали громко, звали нас к себе, а мы разными подарками приманива-ли их на шлюпы, бросали подарки в воду, но островитяне ничего не брали и не приближались к нам, невзирая, что в руках имели мирные кокосовые ветви.
Видя их непреклонность, я послал лейтенанта Торсона на вооружённом ялике к лодкам с подарками; островитяне по наступающей тем-ноте поспешили к берегу. Лейтенант Торсон следовал за ними, но как их лодки далеко были впереди, то я ему дал.знать пушечным выстре-лом, чтобы возвратился на шлюп.
Сего же вечера по приглашению моему приехал ко мне лейтенант Лазарев и сказывал, что был счастливее меня, островитяне приближи-лись к шлюпу "Мирному" под самую корму и держались за спущенные верёвки;'1 лейтенант Лазарев успел сделать им несколько подарков и раз-дать медали.
8 августа. Ночью мы держались под малыми парусами; к 8 часам утра выехали островитяне, сегодня хотя с большим трудом, но мы успели приманить их, чтоб они приближались и схватились за верёвки, спущенные за корму. Тогда им произносили на отаитянском языке слова таио (друг), юрана (приветствие при встрече друг с другом). Казалось, что некоторые из них понимали сии слова. Я их дарил медалями серебряными и бронзовыми, на проволоке, чтобы вместо украшения носили на шее, не так скоро оные потеряли и, может быть, сберегли на долгое время.
При получении топоров и прочих железных вещей, островитяне не изъявили такой радости, как жители Новой Зеландии, острова Опаро и графа Аракчеева. Когда же я приказал плотнику перерубить топором кусок дерева, тогда они узнали цену сего орудия и обрадовались. Мы выменяли несколько небольших палиц, забрал, красных лент из морского пороста, матов и шляхт * из раковин. Из съестных припасов островитяне ничего не привезли, кроме кокосовых орехов, и те были негодные, вероятно, привезённые для того только, чтоб нас обмануть. Вымененная нами небольшая палица, видом подобная четыреугольному вальку, сде-лана из тяжёлого дерева, которое, кажется, того же рода, каковые мы видели Б Новой Голландии; шляхты из больших раковин привязаны к сучку дерева плетёными верёвочками из волокон кокосовой коры; а да-бы при употреблении в действие сии верёвочки не перетирались, они обложены крупною рыбьего чешуек". На ^сех моральных островах шлях-ты делают из ракушек, потому что базальту или другого рода крепкого камня нет. Вместо пил островитяне употребляют челюсти больших рыб С зубами; держась на лодках за кормою шлюпа, они старались сими пилами перепилить ту самую верёвку, за которую держались.
Изделий из костей животных мы не заметили. Одному островитянину, который по наружности казался мне из отличных, я подарил петуха и курицу, с тем, чтоб он их сберег, на что он охотно согласился и изъявил мне, что непременно сбережёт. Многие из островитян, увидя сих птиц, называли их боа; на острове Отаити и на других островах так 'называют свиней.
Когда мы вылавировали к берегу и поблизости оного поворачивали оверштаг, тогда служители разошлись по своим местам. При сем удобном случае островитяне начали бросать на ют и шканцы кусками кораллов, величиною от 26 до 27 кубических дюймов. Таковыми кусками ежели попадешь в голову, легко можно ранить, даже и убить человека. Холостой выстрел из ружья более ободрил, нежели устрашил сих вероломных посетителей; неприязненные их поступки принудили меня наказать первого зачинщика. Я сказал лейтенанту Демидову, чтоб он выстре-лил в сего островитянина в мягкое место; сие исполнено, раненый за-кричал, тогда все люди разбрелись в разные стороны и коральный крупный град прекратился. Всех лодок, окружавших шлюп "Восток", было до тридцати. Раненого тотчас повезли на берег, а прочие отгребли далее в сторону и остановились, как будто бы вероломство их до них не касалось.
Нетрудно было вновь приманить островитян под корму, ибо они уже видели нашу щедрость, но мы ни одного не могли убедить, чтобы взошёл на шлюп, невзирая на все изъявления приязненного -нашего расположения.
Действие европейского огнестрельного оружия не было им известно; ибо, невзирая на наши дружественные поступки, о"и старались с лодок пикою ранить выглядывающих из каюты, вовсе не опасаясь ружья.
После сего я не решился послать гребное судно на остров, которого жители так вероломны и держат в одной руке мирную ветвь, а в другой для убиения камень; я не мог послать иначе, как подобно Рогевейну и Шутену сильный вооружённый отряд, и показать островитянам ужасное действие европейского оружия. Тогда только можно бы быть уверену в безопасности посланных, но я не хотел наносить вред остро-витянам, тем паче, что первое изустное мне приказание от -государя было, чтобы везде щадить людей и стараться в местах, нами посещае-мых, как у просвещённых, так равно и у диких народов, обходиться ласково и тем приобрести любовь и оставить хорошую о себе память и доброе имя.
Лейтенант Лазарев сказывал мне, что когда шлюп "Мирный" был довольно далеко под ветром сего острова, тогда один островитянин на лодке пригрёб к шлюпу, но никак не согласился взойти на оный. Лазарев спустил с другой стороны ялик, так что островитянин сего не видел и его перехватили. Когда он взощёл на шлюп, тогда поворачиваясь на все стороны и смотря на окружающие для него новые предметы, выл от удивления. Лейтенант Лазарев, щедро одарив его, отпустил.
Широта сего острова южная 10° 2' ?5", долгота западная - 161° 02' 18", направление NtO и StW, длина 2,5, ширина 0,75, в окружности 8 миль. Я отличил сей остров наименованием острова великого князя Александра И6.
8 половине 3 часа пополудни опять взял курс к западу. Шлюп "Мирный" последовал за шлюпом "Востоком".
9 августа. Хотя ночь была облачна и находили шквалы с дождём, но луна иногда освещала горизонт, и мы при сем свете шли до половины второго часа ночи, тогда за темнотою привели к ветру, и ветр задул от SOtO, но вскоре опять от ONO. Таковые частые перемены нередко могут предвещать близость берега, однако сего не случилось.
Мы при рассвете ничего не видели. Тогда вновь легли к западу, шли сим путём до широты 10° 11' 8" южной, долготы 165° 58' 29" западной; в сем месте склонение компаса * найдено 9° 24' восточное. Мы не имели признаков близости берега, кроме того-, что ветры были несколько переменнее.
Таким образом, не находя островов Тиенговена и Гронингена обретенных Лемером и Шутеном и положенных Флерье на самом том месте, коим мы прошли, я взял курс к югу.
И августа. В 8 часов утра 11-го, я направил путь к Порт-Жаксону, сначала одним градусом восточнее пути Лаперуза, для того, что надеялся на ветре у островов Навигаторских и Фиджи иметь свежие ветры, ибо при проходе под ветром сих островов можно несколько времени иметь штили или лёгкие ветры, что продлило бы наше плавание. Прой-дя севернее острова Вавао, я положил итти прямо к Новому Южному Валлису.
С утра ветр дул от О, при великой зыби от O'SO. Мы видели разных птиц, четыре фрегата, два большие и два малые, несколько бакланов и одну морскую ласточку.
Согласно вышеизъясненному расположению, мы шли к югу в расстоянии шлюп от шлюпа на семь миль. В самый полдень лейтенант Лазарев сигналом посредством парусов дал знать, что виден берег. Сей берег от нас с салинга видели к SO, я придержался с шлюпом "Востоком" ближе к ветру, дабы пройти близ берега, который мы признали за острова Опасные *, обретенные и названные командором Бироном на пути его от острова короля Георгия к Сайпану в 1763 году июля 21 чис-ла **..
С марса можно было ясно рассмотреть все острова и мели. Изгибистая гряда возвышенной морской сребристой пены, происходящей от буруна, разбивающегося о кораллы, соединяла три лесистые, кокосовыми деревьями обросшие острова в один остров, коего лагун в широте 10° 54' южной, долготе 165° 48' 08" западной. Шлюп "Восток", по причине противного ветра, не подходил ближе 6-ти миль к сим, так называемым, Опасным островам. Лейтенант Лазарев проходил двумя милями ближе, почему и мог лучше рассмотреть. По сей причине в атласе помещён план сего острова, сделанный на шлюпе "Мирном".
В четыре часа пополудни, когда острова Опасные были на траверсе у шлюпа "Востока", я вновь пошёл к югу. Шлюп "Мирный" последовал за нами; мы шли всю ночь при лунном свете; ветр дул умеренный от востока.
18 августа. В четыре часа утра 13-го мы пересекли пути Бугенвиля и Эдварда, и я лёг к SW; в полдень находились в широте 14° 42' 9" южной, долготе 166° 9' 7" западной. В четыре часа пополудни стадо птиц чёрных и белых, летящих далеко на ветре, обратило наше внимание, но за дальностью их рассмотреть не могли.
14 августа. Мы шли к SW до следующего утра; тогда легли SW 78°, на вид острова Вавао, принадлежащего к группе Дружеских островов.
15 августа. В полдень находились в широте 18° 15' 40" южной, долготе 171° 46' 10" западной. Склонение компаса было 11° 7' восточное.
16 августа. Следующего утра в 7 часов увидели к западу северный возвышенный берег острова Вавао, переменили курс на WtN, при ветре от ONO и пасмурной погоде, и пошли севернее северной оконечности острова. Склонение компаса найдено 11° 48' восточное.
Проходя с восточной стороны острова Вавао, мы видели несколько заливов, которым кокосовые рощи придавали особенную красоту. Нам показалось, что остров обитаем; на северном мысу в.малом заливе увидели шесть островитян; они были совершенно нагие, кроме обыкновенного пояса. Весь северный берег, равно и западный, вышиною.в 430 фу-тов отрубом; таковые берега неудобны для народонаселения; остров весь оброс лесом
В полдень мы находились по западную сторону Дружеских островов. Пасмурность воспрепятствовала нам сделать наблюдения и в пол-день мы принуждены довольствоваться выводом из высот, взятых около полудня. Широта места шлюпа "Востока" оказалась 18° 45' 26" южная, долгота 174° 6' 37" западная. Невзирая, что мы тогда от берега были на полторы мили, однако лотом на 100 саженях не достали дна. Ближ-ний к шлюпу берег был самый большой остров после Вавао, который показывался с западной стороны высоким хребтом; вершины его оброс-ли кокосовыми деревьями; другие острова, между сими двумя и далее к SW по тому же направлению нами видимые, весьма малы и едва заслуживают названия островов.
Вавао, самый большой из сих островов, в широте 18° 43' 10" южной, долготе 173° 56' 20" западной, лежит NO и SW, длина оного 11, ширина от 4'/2 до 5'/2, окружность до 34 миль. Первое сведение о существовании сего острова мы имеем от капитана Кука в последнем его путешествии. Испанский мореплаватель Моурелла в 1781 году был при острове Вавао и назвал оный Islas {Ion Martin de Mayorga, по име-ни вице-короля мексиканского. Потом Малеспина нашёл, что гавань, в которой он остановился на якорь, в широте 18° 38' 45" южной, дэл-готе 173° 57' 44" западной*; вероятно, стоял на якоре в заливе при северо-восточной стороне острова, которого широта ближе к означенной Малеспиною. Капитан .Эдвард в 1791 году определил долготу залива 173° 53' западную. По наблюдению на шлюпе "Востоке" широта 18° 40' 10", долгота 173° 52' 50".
После острова Вавао, первый остров (по величине) к SW от оного в широте 18° 45' 8" южной, долготе 174° 05' 15" западной; прочие ост-рова все весьма малы; мы насчитали до 15, а как они один другим за-крываются, то и невозможно было с точностью определить числа оных.
Не видя выезжающих островитян и не желая потерять время на искание якорного места, я опять направил путь на SWtW, к Порт-Жак-сону.
Прошед несколько по сему направлению, в половине 3 часа, мы увидели на SW 81° высокую конусообразную гору, которую признали за остров Поздний (Late). В исходе шестого часа прошли на перпендику-ляре курса высокую вершину сего острова и тогда находились от ближнего его берега в пяти с половиной милях. Склонение компаса было 12° 40' восточное.
Остров сей продолговат, лежит О и W; длиною 23/4, шириною 1'Д, в окружности 6'/4 миль. Берег со всех сторон к средине возвышается в го-ру, коей высота по измерению капитан-лейтенанта Завадовского до 1 320 футов, и от низа до половины поросла частым лесом. Остров в широте южной 18° 55'50", долготе 174° 34' 20" западной; по карте Аросмита в широте 18° 50'. Других двух островов, на его карте в близости острова Позднего назначенных, мы не видели, хотя перешли по широте их. Еже-ли бы взаимное положение сих островов на карте было назначено насто-ящее, то, невзирая на погоду, не совсем ясную, нам надлежало бы уви-деть и другие два острова. К ночи мы убавили парусов.
17 августа. С полуночи я начал держать на один градус ближе к параллели, чтобы простирать плавание между путями капитана Кука и Лаперуза, в надежде найти по сему направлению какие-либо острова; сигналом дал знать о сем лейтенанту Лазареву. Когда мы проходили Дружеские острова, ветр дул от NO, нередко с дождём, а сегодня с де-вяти часов перешёл в NtO и также наносил дождь. По наблюдениям мы находились в широте 19° 36' 40" южной, долготе 175° 53' 13" западной. В четыре часа пополудни видели множество морских свиней *.
Продолжая итти тем же курсом при тихом ветре N и О, не встретили ничего примечания достойного и признаков берега не заметили.
19 августа. Поутру видели одного летающего фрегата. В полдень 19-го были в широте 21° 7' 20" южной, долготе 178° 25' 34" западной. В на-чале третьего часа с салинга закричали, что на NWtN'/aW виден берег; я пошёл прямо к оному и посредством парусов уведомил лейтенанта Лазарева, что мы видим берег. Шлюп "Мирный" был от нас далеко к югу и по сему привёл в кильватер. Вскоре с салинга увидели ещё другой берег на NWtN.
Приближась к сим двум малым островам, мы рассмотрели, что один от другого на SW и NO 78°, в шести с половиной милях, поросли коко-совыми деревьями, каждый окружён особенным коральным рифом, о который бурун с шумом разбивался, Восточнейший из сих островов в широте 21° 1' 35" южной, долготе 178° 40' 13" западной, длиною в одну милю, шириною в половину длины, в окружности две с половиной мили. окружён коральным рифом к WNW и OSO на милю от берега, к N0 и SW на одну треть мили, так что коральные гряды в окружности пять с половиной миль. Я назвал сей остров по имени бывшего с нами искус-ного художника в живописи Михайлова117. Другой остров в широте 21° 2' 55" южной, долготе 178° 46' 23" западной, величиною почти равен острову Михайлова, также окружён коральною мелью, восточной, северной и западной сторон на полмили, а к SSO на четверть мили от бе.' рега; вся сия коральная мель в окружности пять и три четверти мили, также покрыта сребристою пеною, происходящею от разбивающегося бу-руна. Сей остров назвал я по имени И. М. Симонова 118, находящегося на шлюпе "Востоке" в должности астронома, ординарного профессора Казанского университета.
В сие время мы были вновь обрадованы, услыша с салинга: виден берег на NtW; с первого взгляда открывшийся остров показался больше прочих, оттого что открылись токмо гористые места.
В 5 часов окончили обозрение островов Михайлова и Симонова и прошли створ оных. Ветр дул тогда NOtO свежий и препятствовал нам держать прямо к видимому берегу, почему я продолжал курс в бейде-винд на NNW/'aW, имея в ночное время большие паруса, дабы лавированием приблизиться к берегу.
В 8 часов вечера за темнотою мы не видали шлюпа "Мирного" и для сего сожгли фальшфейер. Шлюп "Мирный" ответствовал и оказалось, что он от нас на NW.
Я смело шёл в темноте, оттого что в вечеру с салинга ничего не было в виду, кроме берега, к которому мы желали вылавировать. В на-чале 10-го часа вечера показалось пред носом шлюпа белое зарево, ко-торое то потухало, то снов а светило. Пройдя ещё некоторое расстояние, мы услышали от разбивающегося буруна о коральную мель ужасный рёв, почему я тотчас приказал поворотить чрез фордевинд на другой галс; при самом повороте мы были так близко от сей мели, что невзирая на темноту, ясно различали каждую разбивающуюся волну. Несколько минут промедления и погибель наша была бы неизбежна, ибо ежели бы по несчастью приближались к катящимся волнам, тогда первый удар о кораллы проломил бы шлюп, а при последних ударах надлежало бы искать спасения на гребных судах, или погибнуть.
20 августа. Следующего утра в половине девятого часа мы находились близ корального надводного сплошного рифа по SO сторону острова, который окружён был сим рифом в разном расстоянии. Тогда мы увидели на берегу жителей, из коих некоторые на нескольких лодках ехали к коральному рифу. Весьма великий бурун омывал сей риф так, что невозможно было иметь никакого сообщения с островитянами и потому я скоро поворотил, дабы вылавировать более на ветр и обойти острова и, ежели островитяне приедут, то послать гребное судно на бе-рег. Не прежде 11 часов следующего утра удалось нам обойти северную сторону корального рифа, окружающего сии острова; тогда мы легли в дрейф и поджидали островитян, ехавших на лодках; две были под па-русами, а прочие на гребле; когда две лодки пристали к шлюпу, мы наполнили опять паруса.
Лодки сии имели с одной стороны отводы, и на каждой было по три человека. Двое из островитян по первому нашему призыву тотчас взошли на шлюп; когда мы их обласкали, о"и скоро ознакомились и были как между своими. Одну из сих лодок, на которой оставался один только островитянин, от большого хода шлюпа поставило поперёк, опро-кинуло и оторвало верёвку, коею она была прикреплена. Для сего я принуждён был опять лечь в дрейф, послать ялик спасти островитянина и прибуксировать лодку. Товарищи его находящиеся на шлюпе, нимало- о сем не заботились, но ещё веселились, смотря на барахтающегося в воде земляка. Вскоре островитяне приехали во множестве и все взошли на шлюп. Некоторые из них были начальники, мы их дарили и надели на шею медали. Они старались производить мену. Мы им щедро платили за все их безделицы, ибо уже после сих островов не надеялись на пути к Порт-Жаксону найти другие населённые острова. Из Порт-Жаксона нам надлежало итти в Южный Ледовитый океан, где и по климату на островах жителей не может быть. Начальникам, которые приезжали на двойных парусных лодках, я препоручил доставить некоторые подарки для короля, бывшего на берегу. Я уверен, что островитяне, доказавшие свою честность в торговле, непременно исполнят моё поручение.
Вскоре мы узнали, что в числе начальников находились два сына короля. Я их повёл в каюту, надел на них также медали и сделал им особенные подарки: дал каждому по лоскуту красного сукна, по большо-му ножу, зеркалу, по нескольку железных ремесленных инструментов, а сверх того отправил с ними на берег подарки собственно для короля, и они уверили меня, что он сам скоро к нам будет. В самом деле один из островитян, приехавший с его сыновьями, остался у нас. Мы узнали, что он из приближённых королю и его называют Пауль; он с острова Тангатабу, с некоторыми другими земляками своими бурею занесён на сей остров, на коем все они пользуются приданию жителей. Когда лодка королевская приехала, Пауль привёл меня к шкафуту и указал на короля. Фио, так называли его, лет пятидесяти, роста большого, испестрение имеет только на пальцах, и то весьма малыми звёздочками на су-ставах. Волосы с проседью и убраны тщательно на подобие парика. Цвет тела и лица смуглый, глаза чёрные. Перевязан узким поясом во-круг тела, как и все островитяне Южного моря.
Когда король взошёл на шлюп, мы приветствовали друг друга прикосновением носов; потом, по желанию Фио, я и капитан-лейтенант За-вадовский сели с ним на шканцах на полу. Пауль и ещё один острови-тянин, пожилых лет, также сели, и мы составили особенный круг. Тогда, по приказанию Фио, подали с его лодки ветвь кокосовую, на коей были два зелёных ореха. Он взял сию ветвь, отдал Паулю, который, держа оную за конец кверху, начал громко петь; в половине пения пристали два островитянина, потом все хлопали в ладоши и по своим ляжкам. После сего Пауль начал надламывать каждый отросток от ветви, прижимая их к стволу и при каждом надламывании приговаривал нараспев какие-то слова; по окончании сего все запели и били в ладоши, как и прежде. Без сомнения, действие сие изъявляло дружелюбие, ибо остро-витяне всячески старались доказывать нам свои дружественные распо-ложения.
Я повёл короля в каюту, надел на него серебряную медаль, подарил ему пилу, несколько топоров, чугунной и стеклянной посуды, ножей, зеркал, ситцев, разных иголок и прочей мелочи; он сим подаркам весьма обрадовался и тот же час отослал их на берег на своей лодке, а между тем объяснил мне, что первые мои подарки, посланные чрез сыновей, получил. Фио пил с нами чай. Всё, что он видел, было для него ново, и потому он с вниманием все рассматривал.
21 августа. Сегодня мы выменяли у островитян разные их оружия, как-то: пики, палицы, кистени и булавы, так же нечто похожее на ру-жейный приклад; все сии вещи искусно обделаны резьбой; выменяли ещё широкую лопатку с резьбою, выкрашенную белою сухою краскою; кажется, сия лопатка составляет принадлежность одних начальников, и, может-быть, знак отличия. Кроме оружий выменяли ткани, зарукавья, гребни, шпильки, разные украшения из ракушек, кусок жёлтой краски, похожей на так называемый шижгель*, снурки, искусно сплетённые из человеческих волос, разные верёвки из волокон кокосовой коры, и пр. Из съестных припасов островитяне доставили нам: таро, ямс, кокосы, хлебные плоды, ещё какие-то коренья, род картофеля, сахарный тростник, садовые и горные бананы.
В 2 часа пополудни, приближась к берегу, увидели мы на вершине горы большие пушистые деревья, в.тени коих находилось селение. Домы снаружи похожи на отаитские, но несколько ниже. Почти все близле-жащие острова казались обработанными и должны быть плодоносны. Жители во многом подобны отаитянам; головы убирают весьма тща-тельно следующим образом: все волосы разделяют на несколько пучков, которые перевязывают тонким снурком у корня, потом концы сих пучков с тщанием причёсывают, и тогда головы их похожи на парики; некото-рые островитяне насыпают на волосы жёлтую краску; у других были таким образом причёсаны одни только передние волосы, а задние и виски висели завитые в мелкие кудри. У многих воткнуты гребни, сде-ланные из крепкого дерева или черепахи, и черепаховые шпильки в фут длиною, которые вложены были в волосы с одного боку горизонтально.
Сию шпильку употребляют островитяне, когда в голове зачешется, дабы не смять прекрасной причёски. Шеи по большей части были украшены очищенными перламутровыми ракушками, тесьмами из человеческих во-лос, на которых наниз-аны мелкие ракушки, и ожерельями, выделанными из ракушек, наподобие стекляруса. В правое ухо вкладывают цилинд-рический кусок раковины, толщиною в один с четвертью дюйм, длиною в два с половиною или три дюйма, отчего правое ухо казалось многим длиннее левого. На руках выше локтей носят кольца, выделанные из больших раковин. Таковой убор головы и прочие украшения придают им, конечно, необыкновенный, но довольно красивый вид. У многих я заме-тил по четыре пальца на руке, а мизинца не было, отнимают оный в па-мять о смерти самого ближнего своего родственника.
Мы вообще нашли, что островитяне весёлого нрава, откровенны, честны, доверчивы н скоро располагаются к дружеству. Нет сомнения, что они храбры и воинственны, ибо сему служат доказательством многие ра-ны на теле и множество военного оружия, которое мы выменяли.
В последнем путешествии капитана Кука упоминается, что он слышал на острове Тангатабу, что на три дня ходу к NWtW находится ост-ров Фейсе, которого жители весьма воинственны и храбры. Капитан Кук видел двух островитян с' острова Фейсе и говорит о сих островитянах: "У них одно ухо висело почти до плеча, они искусны в рукоделиях, и остров, ими обитаемый, весьма плодороден". Я нисколько не сомневаюсь, что остров, при котором мы находились, точно Фейсе, ибо всё сказанное об оном сообразно тому, что мы нашли, кроме только, что острова сии называют Оно .и они управляемы королём, коего имя Фио, и имя сие переходит от отца к сыну, а потому и неудивительно, что< жители Тонга-табу самый остров Оно называют Фио. На Дружеских островах имена королей переходят от отца к сыну и ныне на сих островах король назы-вается Пулаго, как и предместники его.
С приближением ночи все островитяне возвратились на берег, а король, ожидая свою лодку, остался с Паулем и одним старикам. Лод-ка пришла не ранее следующего утра; гости наши отужин-али с нами и при действиях ужина во всём подражали нам. Когда сделалось совер-шенно темно, я приказал спустить несколько ракет. Сначала острови-тяне испугались; король во время треска -крепко держался -за меня; но когда увидели, что ракеты спущены единственно для забавы и совершенно безвредны, тогда изъявили удивление восклицаниями с трелью, которую производили голосом протяжным и громким, ударяя в то же время часто пальцами по губам. Более всего занимал их искусствен-ный магнит, который притягивал железо, и они особенно смеял-ись, ког-да иголка, положенная на лист бумаги, бегала за магнитом, ко"м вс-дшга внизу под листом. Для ночи приуготовили им в моей каюте гос-литальные тюфяки всем вместе вповал и каждому по простыне, чтобы одеться. Сначала они улеглись, но худо спали и беспрерывно выбегали навегх.
Острова за темнотою не было видно. Я спрашивал короля и каждого из островитян порознь: где острова Оно? Взглянув на небо', они хо-рошо угадывали положение островов, ибо с вечера заметили, по которую сторону мы держались. Из всего видно, что имеют о течении светил по-нятия, им необходимо нужные для различия частей суток, или вообще времени и узнания страны света в случае тальвега их. плавания к соседственным островам Фиджи и Дружеским. Пауль вам рассказал, Что к W находятся острова более Оно, называл Пау, а на WNW Лакето, но в каком расстоянии, мы понять не могли. Узнали от островитян следующие слова их языка:
Едиба жемчужная ракушка
Валлоа снурок или тесьма, сплетенная из волос
Аванго судно
Вакко гвоздь
Арфено желтая краска
Аспоа петух
Мона . курица
Еолу-Алатолу три звезды царя Ориона
Еолу-Вулло луна
Минако ...... хорошо
Алинсангу ..... рука
Индути палец
Ауту нос
Нрако рот
Амбачи зубы
Айанри лоб
Амата глаза
Аме язык
Аулу волосы
Акокупо ...... ноготь
Бери нога
Андаку спина
Амбука o огонь
Кавай род картофеля
Пуака свинья
Сели ножик
Амбу кокосовый орех
Коли собака
Малук оружие, наподобие ружейного приклада
Ейколо кость
Леру кольцо на руке
Атоку шпильки в волосах
Сакюя заплати
Сайтаж ножницы
Тарига ухо
Кумми борода
Фалуа земля
Киникин малум . . . лопатка, оружие
Гланджи палки
Малум ........ оружие
Амбале-мато малум . копье
Маида малум .... род булавы
Ейводи ....... весло
Сун-сюп ...... кривая булава
Амаси ткань
Э-амба рогожа
Итакой ....... лук
Манау стрела
Були-гонго .... ракушки, называемые фарфоровые
22 августа. В продолжение ночи мы удерживались короткими галсами на одном месте. С рассветом поворотили вновь к берегу и по восхождении солнца островитяне пустились к нам на семи парусных и трид-цати гребных лодках; на парусных сидело до десяти и более, а на про-чих по три и по четыре человека. Они навезли множество прекрасно сделанных оружий, разных украшений, больших, раковин, в которые тру-бят в случае внезапного сбора народа или призыва к оружию; тканей разных, в виде набойки клетчато-красиой и кофейной, самые же тон-кие, величиною с большой носовой платок, были белые; таковой доброты тканей мы на Отаити на видали. Платки так искусно и красиво сложены, что мы, развернув, не могли опять их также сложить.
В числе парусных лодок пришла и королевская, на которой привезли нам в подарок две свиньи, кокосовых орехов, коренья таро и ямсу. Я за сие подарил короля, а старшему королевскому сыну дал боль-шой кухонный ножик, пистолет, несколько пороху и пуль, показав ему, каким образом должно употреблять сии огнестрельные орудия против неприятеля; дал королю и некоторым островитянам апельсинов и раз-ных семян, растолковал, как семена сажать в землю. Казалось, что островитяне были довольны сими подарками и обещали заниматься рассадкою, в чём я и не сомневаюсь, ибо на берегу их острова видны бы-ли обделанные огороды, где они, вероятно, разводят коренья таро, ямс и пр.
Островитяне охотно брали всё, что мы им дарили, а наконец, ножи и ножницы всему предпочли, даже и самым топорам. Они нас неотстевно звали к себе на берег; но как не было видимой пользы посылать на ост-ров гребное судно без натуралиста, а останавливаясь на якоре, мы бы неп-ременно потеряли несколько дней, ибо надлежало прежде сквозь кораль-ную муллу найти проход к якорному месту. Приближение весны в Южном полушарии не позволяло мне терять времени потому, что я желал долее пробыть в Порт-Жаксоне, дабы переменить степс бушприта, совершенно ненадёжный для плавания в больших южных широтах.
Остров Оно состоит из нескольких малых гористых островов, из которых самый большой длиною две и три четверти, шириною одна и три четверти мили. Все они, так сказать, окружены коральною стеною, которая местами сплошная сверх воды, а к северу местами открыта, и с сей стороны выходили лодки. Направление коральной стены на NOtN и SWtS, длина 7 миль. Средина оной в широте 20° 39' южной, долготе 178° 40' западной. Пологие места на сих островах обработаны и оброс-ли разными деревьями, в том числе и кокосовыми.
23 августа. В 9 часов утра мы простились с королём Фио, с которым я в короткое время подружился он отправился на берег. Тогда сослав островитян с шлюпа, я приказал отвалить лодкам от борта, но о"и все держались за ахтертай, бросили оный тогда, когда увеличившийся ход шлюпа их к сему принудил и волнение начало прижимать лодку к лод-ке; одну опрокинуло, и они перестали держаться у борта.
Один из молодых островитян желал остаться на шлюпе, я согласился его взять с собою, но он непременно хотел, чтоб мы и товарищей его взяли, а мне невозможно было на сие согласиться по опасению, что они не выдержат климата южного полушария.
Я направил курс к островам Михайлова и Симонова, дабы поверить положение оных. Проходя по западную сторону острова Оно, мы с салинга увидели тот самый бурун, от коего в вечеру 19-го с поспешностью отворотили и избегли очевидной опасности. Я придержался к сему буруну, чтобы рассмотреть и определить самую мель и тем предохранить будущих мореплавателей от неминуемой гибели в ночное время. В 11 часу мы прошли мель, которая образуется лагуном. Она приметна по гряде белой пены и водяных брызгов наподобие пыли, происходящих от разбивающего буруна. Теперь только изредка местами видны сии ко-раллы, но со временем они совершенно образуются подобно всем ко-ральным островам, покроются зеленью и, без сомнения, будут обита-емы сначала дикими птицами и морскими животными, а наконец, и людьми.
Направление сей мели О и W, длина четыре, ширина две, окружность около десяти миль; она отделена от рифа острова Оно каналом, шириною в шесть миль. Широта средины 20° 45' южная, долгота 178°49'49" западная. Я назвал сию мель: Берегись.
В 2 часа остров Симонова был от нас на О, потом вновь увидели оба острова, т. е. Михайлова и Симонова, которые покрыты кокосовыми деревьями. Жителей нет. Вероятно с Оно приезжают на сей остров за кокосовыми орехами.
Мы направили путь в SW четверть, между путями капитана Кука и Лаперуза. Погода начинала быть переменная: небо покрывалось облаками, нередко шёл дождь, ветр на короткое время переходил в NW четверть, зыбь была не малая.
Хотя обретение островов, ещё неизвестных, весьма лестно для каждого мореплавателя, и вообще споспешествует распространению реогра фических сведений, при всём том, не желая на пути .к Порт-Жаксону найти на новые обретения, дабы они нас не задержали, я спешил в сей порт, для ириуготовления шлюпов к настоящей цели нашей, т. е. к плаванию в Южном океане.
24 августа. Небо покрылось облаками, ветр дул весьма тихий с разных сторон. Мы лишились восточных ветров, которые нам толь долгое время способствовали простирать плавание по желанию. Ночью море было покрыто необыкновенным множеством мелких огненных искр, а густые чёрные облака угрожали дурною погодою.
В продолжение нашего плавания между тропиков со времени вступления в пассадный ветр, до приближения нашего к островам Россиян, ветр дул от SOtS, а потом нередко от N, еще более от ONO, что продолжалось до самого выхода из сих островов, т. е. до острова 3-го Пализера.
Неверность счисления на шлюпе "Востоке", от вступления в южный тропик до прибытия к Отаити, оказалась на NW 79° 138 миль, в 19 суток, в каждые сутки 7!/4 миль. По счислению на шлюпе "Мирном", в продолжение того же времени, неверность была на NW 86° 12' 126,5 миль, в сутки 6,66 миль.
В продолжение пути нашего от острова Отаити до островов Опасности ветр дул более OtS свежий, потом перешёл в NO четверть и был умереннее до выхода из тропика, т. е. когда мы пришли в долготу 180° восточную.
Почти во всё время плавания нашего в тропике облака отделённо одно от другого неслись по ветру, отчего часть неба к зениту была ясная; напротив, к горизонту зрение наше пресекало сии облака косвенно, одни закрывали другие, и от сего нам всегда казалось, будто на горизонте гнездились тёмные тучи. Кроме сих воздушных призраков, от ис-парений, подымаемых солнечными лучами, поверхность моря вокруг всего горизонта была покрыта мрачностью. Ночи по большей части сто-яли ясные. Нередко нас занимали звёзды, с места на место перебегаю-щие, оставляя на короткое время слабый огненный путь по прекрасно тёмнолазоревому небесному своду.
Неверность в счислении пути от острова Отаити до долготы 180° восточной, т. е. до выхода из тропика, оказалась на шлюпе "Востоке" 114 миль, на SO 82° 5', в продолжение 28 дней, следовательно, средняя неверность в сутки была 4,7 миль. На шлюпе "Мирном", в те же 29 дней, на 181 милю на SW 62° 7', в каждые сутки по 6,47 миль. Сии не-верности в счислении последовали не от одного течения моря к западу, но также и оттого, что шлюпы по большей части шли благополучным ветром, следовательно, волнами и зыбью всегда приближало лаг к шлю-пам, а от сего суточное плавание по счислению выходило меньше насто-ящего, и из.суточных течений среднее должно быть многим менее пред-полагаемого, по пяти и шести миль в сутки, от востока к западу.
25 и 26 августа. При свежем юго-восточном и восточном ветре и пасмурном горизонте мы шли ио восьми и девяти миль в час. Ветр временно переходил к О, даже несколько к N, и я ожидал, что сделается от NO. Сегодня увидели альбатроса, который долго и плавно летал около шлюпов.
Мы начали шить новые штормовые стакселя из парусины, вынутой из запасных марселей, которые уменьшили по причине уменьшения всего рангоута. При сем' я имел в виду, чтоб те работы, которые можно производить на пути, кончить до прибытия в Порт-Жаксон, дабы там за-няться важнейшими поправлениями.
27 августа. До полудня 27-го при свежем северо-восточном ветре, погода была сырая и дождливая; продолжая тот же курс, мы в полдень достигли широты 26° ЗГ 28" южной, долготы 171° 19' 46" восточной. Склонение компаса найдено 14° 2' восточное.
По мере приближения нашего к западу тучи более и более подымались по сему направлению; в 3 часа пополудни слышен был в той же стороне гром, а в 4 часа задул ветр от W с дождём, и нас согнало с настоящего пути к югу.
Простирая плавание толь долгое время с попутными ветрами в благорастворением климате, мы, так сказать, изнежились, и первый противный ветр с дождём произвёл неприятное на нас впечатление.
28 августа. При сем противном западном ветре принуждены продолжать путь к югу; 28 числа в полдень достигли широты 27° 41' 18" южной, долготы 170° Т восточной. Тогда все почувствовали перемену в воздухе и ртуть в термометре опустилась до 15°. Сия теплота в России была бы самая приятная, но, по привычке к двадцати градусам, мы почувствовали перемену так, что принуждены были надеть суконное платье.
В 6 часов вечера, дабы не удалиться от предположенного пути, я поворотил к северо-западу, в ожидании, что ветр сделается благополуч-ный; постепенно переходил к югу, а по мере приближения его к сему румбу погода становилась яснее; не прежде 7 часов утра 30-го задул попутный ветр, и мы могли итти желаемым курсом.
30 августа. Погода позволила лейтенанту Лазареву и прочим- офицерам проводить весь день у меня на шлюпе, и мы, сердечно вспоминая о любезном отечестве, о родных и друзьях, в мыслях сокращали безмер-ное между нами расстояние. Во время утешительного беседовани-я, вне-запно поражены были необыкновенным с баку криком: человек упал! все' выбежали наверх и, к прискорбию нашему, хотя все меры приняты были и лейтенант Анненков на ялике долго искал упавшего, по причине быв-шего тогда большого хода, волнения и темноты ночи, усилия наши спасти упавшего остались тщетны. До сего случая мы были весьма сча-стливы, и мы сию потерю почувствовали тем более, что утонувший ма-троз Филипп Блоков был из самых здоровых и проворных матрозов. Закрепляя кливер, он шёл по бушприту назад в шлюп и в сие время упал.
В начале 10-го часа вечера гости наши возвратились на шлюп "Мирный", для сего приводили шлюпы к ветру, потом вновь легли SW 57° и продолжали сей курс при ветре юго-восточном, с пасмурностью и дождём до 7 часов вечера 1 сентября; тогда ветр от NO стих и наступил пере-менный тихий.
1-2 сентября. В продолжение дня летало несколько альбатросов дымчатых и белых, несколько бакланов и пеструшек.
Около полудня увидели идущее к нам контр-галсом трёхмачтовое судно; по поднятии нашего флага, на судне явился английский флаг. В полдень по наблюдению широта места наших шлюпов была 30° 1'55" южная, долгота 162° 16' 24" восточная.
3 сентября. В 3 часа утра мы поймали большого прожору или шарка, в кильватере нашем плавающего; около шарка, как обыкновенно, шли малые рыбы, так называемые лоцмана, или спутники, величиною в восемь дюймов и менее, испестрённые полосами синеватого цвета, наподобие окуня, также несколько прилипал.
Прожоры скоро хватаются за уду, и шедший за нами то же сделал, мы опасались, чтоб крючёк не разогнулся, и для того сначала держали его только в полводы, а между тем набросили петлю под ласты и, загянув оную, подняли шарка на шлюп, но с трудом его убили. Вместе с прожорою достались нам две прилипалы, они присосались под ластами у прожоры, которая была величиною в девять фут и два дюйма, и когда снимали её кожу, всё ещё имела судорожное движение, а сердце по вы-нятии долго шевелилось. Во внутренности подле каждого бока нашли по одном пузырю или мешку, а в каждом из оных по двадцать четыре живых красивых шарков, длиною в четырнадцать дюймов, от начала го-ловы до конца хвоста. Они уже могли плавать, мы некоторых пустили в море, одни плыли по поверхности, а другие пошли в глубину и изгиба-лись, подобно вьюнам. В желудке прожоры нашли ракушку весьма неж-ной породы, которую называют бумажным ботиком, в диаметре шесть дюй-мов, толщиною два с половиной дюйма. Из сего ясно видно, как велика пасть и горло прожоры.
Рыбы, называемой лоцманом, нам не удалось поймать, ибо они на уду не идут, а ежели бы мы имели греческие намёты *, непременно бы поймали.
Когда совершенно стихло, я приказал спустить ялик и капитан-лейтенант Завадовский отправился на охоту; ему в добычу достался альбатрос, белый с кофейными крыльями; когда крылья распростерли, протяжение от конца до конца было девять футов шесть дюймов.
4 сентября, К вечеру сделался тихий ветр от NW, мы шли всю ночь к острову лорда Гау, которого горы увидели салинга. Следующего утра в 7 часов, подходя к сему острову, встретили множество черных бурных птиц, серых бакланов, белых бакланов с красными носами, которых англичане называют Ganneit, а Линней Pelicanus Jula. Мы определили долготу средины острова Гау 159° 8' 54" восточную; по наблюдениям лейтенанта Кинга, который после был губернатором острова Норфолка в 1788 году, долгота сего места 159° 00'; капитан Гунтер в третий день по выходе из Порт-Жаксона определил долготу 159° 10'; он же по расстоянии луны от солнца - 159° 8' восточную.
Остров Гау не обитаем и начальство в Новом Южном Валлисе не печётся о населении оного, изредка мимо идущие суда заходят, чтобы набрать черепах для стола чиновников колоний.
5 сентября. Мы имели попутный свежий северный ветр до следующего полдня, небо было покрыто облаками, на горизонте мрачно. Предполуднем ветр отошёл к западу и скоро стих; тогда мы увидели впереди идущее мимо нас английское судно; я послал лейтенанта Демидова узнать, нет ли новостей из Европы. По возвращении лейтенант Демидов донёс, что судно называется "Фаворит", принадлежит купцу в Калькутте, седьмой день как вышло из Порт-Жаксона и идёт в Батавию, а отту-да в Калькутту, что английский король Георг III и герцог Кентский умерли и принц регент взошёл на престол великобританский.
В полдень мы были в широте 32° 16' 46" южной, долготе 156° 00'43" восточной. К вечеру ветр установился тихий от SO и постепенно свежел, при дожде и пасмурности.
6 сентября. В 3 часа пополудни 6-го взяли у марселей все рифы и спустили бом-брам-реи и бом-брам-стеньги. В 5 часов ветр ещё более усилился и дул жесточайшими порывами. Вскоре после сего мы привели под штормовыми парусами в бейдевинд, а между тем переменили марсели, которые при взятии последних рифов разорвало, и они от большого употребления обветшали. Шторм продолжал свирепствовать от OSO, при пасмурности и дожде, до следующего утра, тогда увидели берег мыса Стефенса, но шлюпа "Мирного" и с салинга не было видно, а в про-должение ночи "а сожженные на шлюпе "Востоке" с фока-рея фальш-фейеры не было. ответствовано. Как мы уже приближались к самому входу в Порт-Жаксон и притом не настояло нужды входить обоим шлюпам вместе, то я и не искал "Мирного", хотя положение его мне по расчётам было известно; я заключал, что идучи порознь, каждый из нас постарается притти прежде в Порт-Жаксон.
В полдень по наблюдениям были в широте 32° 49' 26" южной, долготе 152° 35' 31" восточной. Ртуть в термометре стояла на 11,5°. Ветр по мере приближения нашего к Порт-Жаксону более и более заходил с берега и дул порывами от WSW, но волнение осталось ещё прежнее от SO, что производило большую качку. Барометр во время шторма не опускался ниже 29,35 дюймов.
8 час пополудни я поворотил на другой галс к югу, ветр всё ещё дул с порывами, но пасмурности уже не было, и солнце ярко сияло из-за облаков. Морские птицы во множестве летали около шлюпов, казалось, что искали себе пищи. К вечеру ветр постепенно отходил к NW.
Мы продолжали тот же курс до 4 часов пополудни следующего дня, тогда усмотрели впереди порт-жаксонский берег и маяк на WtN. Берег от входа к северу казался неровным и по большей части шаровид-ными горами, а к югу был ровен и многим ниже. До ночи мы не могли подойти по причине крутого ветра.
9 сентября. Я лавировал, дабы к утру более выиграть на ветр.
В продолжение ночи горел вертящийся маяк, вновь построенный при входе в Порт-Жаксонский залив, он был открыт и светил 25 секунд, а 108 секунд был закрыт.
Ночью я держался у самого входа; поутру с рассветом достиг к северному мысу, и, как лоцман не тотчас приехал, то я пошёл в залив без лоцмана, который .наконец явился в то время, когда шлюп был в самом проходе залива. Коль скоро мы приближались к городу, капитан порта Пайпер немедленно к нам приехал. Тогда начались салюты пушка за пушку. Шлюп остановился на самом том месте, где прежде сего стоял, именно против Сиднейского залива.
Лишь только положили якорь, течение и ветр сделались противные для входа в залив, и ветр так скрепчал, что мы принуждены спустить бом-брам-реи, бом-брам-стеньги, брам-реи и брам-стеньги. Сей крепкий ветр попрепятствовал шлюпу "Мирному" войти в залив в тот же день. По положении якоря; я поехал к губернатору и -был у капитана порта, а астроном Симонов и штурман Парядин для поверения хронометров съезжали на северный берег, на самый тот мыс, где мы за четыре месяца поверяли и производили все наблюдения и имели наше Адмиралтейство.
10 сентября. Следующего дня, по сделавшемуся попутному ветру, шлюп "Мирный" вошёл в залив и остановился на якоре на том же ме-сте, где прежде стоял. Обсерваторию свою мы устроили там же, где прежде была, разоружили шлюпы совершенно, дабы вновь приуготовить и обделать весь такелаж. Тимермана и плотников разослали в лес, против нас на северном берегу залива находящийся, для приискания книц в перемену лопнувших, и лесу на постройку хлевов для свиней, ибо во время первого нашего путешествия в большие южные широты я испы-тал, что сим полезным для нас животным необходимо нужно покойное и закрытое место от сырости и холода. Мы отправили по пятнадцати чело-век матрозов с унтер-офицером туда же для рубки дров и велели ру-бить красные деревья (Mahogany) *, которые лежат, или хотя на корне, но совершенно высохли, дабы с привозом сырых дров не завести сырости на шлюпах.
Для перемены нашего степса и бушприта, годного дерева тимерман поблизости не сыскал, а губернатор Макварий предложил мне, что велит порту доставить материалов и людей, дабы привести к окончанию еию важную для нас работу; но в порте не приискали такового дерева, а из леса привезли не прежде 30 сентября. Хотя сие замедление делало нам большую остановку, но я весьма обязан губернатору за пособие.
Наш тимерман не был в состоянии сделать сего исправления, столько для нас нужного, а потому против моего желания, я принуждён при-нять предложение губернатора Маквария, который, кроме снабжения нас вырубленными сухими деревьями из породы железного дерева (Iron Wood), приказал ешё, чтобы переделка степса и бушприта была произ-ведена его плотниками под смотрением корабельного мастера. Губернатор старался предупреждать желания наши во всём, что только могло быть для нас полезно.
Работу производили плотники английского Адмиралтейства под присмотром портового корабельного мастера, по приказанию губер-натора.
Все работы купорные, кузнечные и парусные и поправку всего такелажа производили на берегу около палаток, поставленных для обсерватории; всеми другими работами, какими только было можно, занимались не на шлюпе, а на берегу, единственно для того, чтобы служителям дать более случаев пользоваться береговым воздухом и приуготовиться к перенесению предстоящих трудностей в сыром и хо-лодном климате.
Время нашего пребывания в Порт-Жаксоне мы провели весьма весело. Нас приглашали беспрестанно на обеды, нарочно для нас были общественные и частные вечера с танцами. За таковые доказательства благо-приязни мы старались изъявить благодарность, не взирая, что искреннее гостеприимство иногда отрывало нас от занятия по службе.
30 октября. Шлюп "Восток" был совершенно вновь вооружен, и я весьма доволен, что предпринял многотрудную работу, т. е. уменьшить рангоут, ибо после сего с большею доверенностью отправлялся в труд-ный и опасный путь.
31 октября. Сегодня с утра занимались перевезением на шлюп всего нашего Адмиралтейства и обсерватории и разных вещей. Обсерва-тория была устроена на северном берегу Жаксонского залива, на вы-давшемся мысе, прямо против залива Сидней.
Мыс сей мы называли мысом' Русских *, широта оного южная мною определена 31° 51' 12", лейтенантом Лазаревым - 31° 5Г 21".
Долгота восточная:
Из 455-ти расстояний луны от солнца, измеренных мною, капитан-лейтенантом Завадовским и штурманом Парядиным, средняя 151° 9'53".
Лейтенантом Лазаревым из 288 расстояний. . .151° 11' 7"
Лейтенантом Торсоном из 390 " . . .151° 21'36"
Лейтенантом Лесковым из 40 " . . . 151° 0'22"
Мичманом Куприяновым из 126 " ... 151° 11' 17"
Поверение хронометров окончено 27 октября. Выводы оказались следующие:
Месяц и число Малый Арнольд jMs 2110, впереди среднего времени Ухо-дит в сутки Большой Арнольд № 518 Уходит в сутки № 922 Б а рода Отстает в сутки
27-го
октября . 2 ч. 46 м. 21,09 с. 12,00с. 2 ч. 39 м. 5,10 с. 9,36 с. 0 ч- 36 м. 17,23 с. 15,16 с.
Наконец, когда уже все относящееся до снаряжения шлюпов приведено к окончанию, мы послали на берег за запасной живностью. Кро-ме кур, уток, баранов, взяли сорок шесть свиней. Сии последние размещены в продолговатых хлевах, нарочно устроенных вдоль обоих шкафутов, и так плотно сделанных, что морская вода, сырость и снег никак в оные попасть не могли.

Далее